Большой театр — взгляд в будущее

Евгений Цодоков
Главный редактор

Смена власти в Большом, о которой так долго говорили все, свершилась. Если уж и дальше перефразировать известные изречения, то можно продолжить в таком духе: «о бывших или хорошо, или ничего». Поэтому не станем обсуждать Анатолия Иксанова, тем более, что об этом уже сказано достаточно много.

Лучше поговорим о его преемнике Владимире Урине. Талантливый организатор, опытный менеджер, под руководством которого Театр имени Станиславского и Немировича-Данченко добился в последние годы впечатляющих успехов, – вот вполне заслуженная характеристика нового руководителя Большого театра. Вряд ли можно было найти более оптимальное кадровое решение.

Весомым свидетельством профессионализма Урина стала та замечательная атмосфера, которая царила на собрании коллектива «Стасика», когда Владимир Георгиевич прощался со своими коллегами и сослуживцами. Было видно, что коллектив любит и уважает своего директора, искренне грустит по поводу его ухода, желает успехов в новом многотрудном деле.

И кто бы сомневался, что дело это архисложное! Большой театр – это строптивый монстр, а новому директору предстоит «укрощение строптивого».

Но уже первые мысли, которые озвучил Урин в прессе, в частности, в своем интервью «Российской газете», настраивают на оптимистический лад, показывают, что он «зрит в корень».

Так, во главу угла своей деятельности новый директор поставил полную свободу в принятии решений, сказав жестко: «Если на меня будет влиять нечто, ограничивающее свободу, я уйду», при этом добавив, что не держится за свое кресло. Здесь, как говорится – не убавить, не прибавить, и совершенно понятно – что он имел в виду.

Очень важной представляется также идея заключения коллективного договора с сотрудниками театра, что позволит принципиально улучшить управляемость внутренними процессами и внесет полную ясность и прозрачность в отношения между руководством и сотрудниками.

Правильно обозначены и некоторые существенные организационно-творческие принципы, которые должны лечь в основу деятельности Большого. Прежде всего, это смешанная модель функционирования театра, сочетающая в себе систему stagione и принципы репертуарного театра. Не отвергая популярного нынче во всем мире блочного варианта показа постановок, имеющего свои организационные и экономические достоинства, новый директор призвал не отказываться от традиций отечественного репертуарного театра!

Другой важной стороной успешной деятельности Большого является наличие рядом с директором людей, способных эффективно и, главное, последовательно руководить основными творческими направлениями. И действительно, сейчас в этом отношении в театре наблюдается кадровый дефицит, разброд и шатания. Вот как об этом говорит Урин: «Меня даже не интересует, как это будет называться. Мне важно, какой участок работы будут обеспечивать эти люди. Их авторитет, высочайший класс, профессионализм и современное креативное мышление. А будет это главреж или худрук оперы...». Хочется продолжить – да, да, и еще раз да!

Но, пожалуй, самым впечатляющим высказыванием Урина стало следующее: «В репертуаре должны быть и поиски, и эксперименты. Вопрос только ради чего они делаются? Если с учетом запросов западного рынка и тех клише, которые существуют, - это один вариант. Или это делается с попыткой открыть тот или иной материал новым ключом». Эти слова показывают, что новый директор прекрасно разбирается в сути современных художественных процессов и острых дискуссий в области музыкального театра, прежде всего, оперного, понимает, что дело не в художественном методе как таковом, а в том, в имя какой цели, конъюнктурной или истинно творческой этот метод используется. А раз понимает, значит и сможет влиять на политику театра в этом вопросе.

Итак, как говорится, планов громадьё. Остается надеяться, что Владимиру Урину вместе с коллективом единомышленников удастся воплотить их в жизнь.

0
добавить коментарий
ССЫЛКИ ПО ТЕМЕ

Большой театр

Театры и фестивали

МАТЕРИАЛЫ ВЫПУСКА
РЕКОМЕНДУЕМОЕ