Маленькая, да удаленькая!

Альберто Дзедда закрыл IV Большой фестиваль РНО

Игорь Корябин
Специальный корреспондент

Я вспоминаю последнее исполнение «Маленькой торжественной мессы» Россини в Москве в ноябре 2010 года – и воспоминания эти просто повергают меня в уныние, ибо «большой гром» тогдашнего исполнения никак не укладывался в те величественные, светлые и, главное, одухотворенные «прозрачностью» впечатления, что должна производить и что при надлежащей интерпретации понимающим и грамотным дирижером всегда производит музыка Россини. На этот раз музыкальное озарение наконец-то пришло. Место за дирижерским пультом Российского национального оркестра занял маэстро-легенда, дирижер, который знает о Россини всё и который разве что не знал Россини лично. После подобных характеристик сразу становится очевидным, что речь может идти только об Альберто Дзедде.

И, честно говоря, после того, как уже названо имя музыканта, являющегося художественным руководителем Россиниевского фестиваля в Пезаро, в настоящих заметках можно сразу же было ставить точку и не утруждать себя дальнейшим разбором полетов, ибо когда маэстро Дзедда дирижирует музыкой Россини, то с каким бы оркестром, хором и солистами он это ни делал, беспокоиться о том, что Россини нахмурится от этого на небесах, вовсе не приходится: праздник музыки и подлинное торжество интерпретации «фирма гарантирует»!

В общую радужную картину ораториально-симфонического мироздания, пожалуй, может вносить некий дисбаланс лишь только состав солистов, но на этот раз не надо даже трудиться, чтобы кого-нибудь из них в чем-то упрекнуть. Вся четверка певцов не первый год находится «под прицелом» маэстро Дзедды, ведь на фестивале в Пезаро все они в разные сезоны появлялись в качестве приглашенных солистов. Наша бывшая соотечественница, сопрано Ольга Сендерская, местом нынешней «прописки» которой является Израиль, на Россиниевском фестивале прошлого года в партии Амалтеи («Моисей в Египте») оставила меня абсолютно безучастным, однако на этот раз певица была весьма деликатна и точна, но всё же это была лишь одна из очень добротных трактовок, исполнение вне блеска эстетического великолепия. Несомненно, опытнейший Дзедда в отношении певицы дальновиден гораздо в большей степени, ведь не зря же после летней «Академии» в Пезаро 2010 года уже в следующем октябре маэстро пригласил ее на роль Матильды в «Вильгельме Телле» (в постановку, которой дирижировал на сцене Оперного театра в Ла-Корунье). Конечно, это всего лишь предположение, но вдруг маэстро уже тогда заранее прощупывал потенциальные кадры для Россиниевского фестиваля следующего года, в афише которого после восемнадцатилетнего перерыва, наконец-то, должен появиться уже предварительно заявленный «Вильгельм Телль»…

В упомянутой пезарской постановке «Моисея в Египте» тенор Дмитрий Корчак пел партию Озирида, и в отношении него метаморфоза моих личных впечатлений примерно такая же, как и в отношении Ольги Сендерской, но, в отличие от нее, на этот раз исполнитель действительно поразил высочайшей культурой интерпретации, чувством стиля и чувством какой-то особой возвышенной сакральности. Мне вспоминается 2006 год, когда довелось услышать певца на фестивале в Пезаро в «Stabat Mater» Россини под управлением Альберто Дзедды. Это был фестивальный дебют Дмитрия Корчака, и это был подлинный, но, должен признаться, неожиданный для меня на то время успех. Это стало достижением, которое потóм не смогли повторить ни один из оперных ангажементов певца в Пезаро (ни Джаннетто в «Сороке-воровке», ни Эрманно в «Странном случае», ни уже упомянутый Озирид в «Моисее в Египте»). Обе названные мессы Россини удивительно органично ложатся на голос и тесситурные возможности певца, в то время как в перечисленных оперных партиях, которым каждый раз опционально недоставало ажурной легкости и непринужденной подвижности звуковедения, именно тесситурные проблемы всегда были главным камнем преткновения: слушать «задавленные», «замикстованные» acuti всегда было испытанием для слуха. Но на этот раз в Москве Дмитрий Корчак был явно на коне – и все вопросы к нему в данном случае снимаются.

Очень «фактурную» и выразительно чувственную испанскую певицу-контральто (меццо-сопрано) Сильвию Тро Сантафе услышать в Пезаро мне довелось всего единожды и очень давно (Эрнестина в «Странном случае»), но самые теплые впечатления об ее на редкость сочном и тембрально богатом голосе освежились, можно сказать, практически недавно: в январе этого года она приняла участие в концертном исполнении «Девы озера» Россини в Москве. На сей раз в мессе певица не увлекалась контральтовой глубиной своего роскошного тембра, а ее вокальная трактовка предстала невероятно чистой, искренней, идущей от сердца – и это было просто восхитительно! Напротив, замечательного итальянского баса Мирко Палацци мы хорошо помним по концертному исполнению в Москве «Капулети и Монтекки» Беллини на открытии филармонического сезона 2008/2009. К моменту выхода этой публикации, в рамках филармонического абонемента «Оперные шедевры» нынешнего сезона, мы, согласно анонсу, должны уже будем услышать его и в «Марии Стюарт» Доницетти. Но не иначе как по «иронии судьбы» из всех ангажементов певца в Пезаро (Эльмиро в «Отелло», «Stabat Mater», Левкиппо в «Зельмире», Полибио в «Деметрио и Полибио», Замбри в «Кире в Вавилоне» и Орбаццано в «Танкреде») мимо меня прошла именно «Маленькая торжественная месса»! Так что на обсуждаемом концерте в Москве с огромным удовольствием этот пробел я и восполнил.

В концерте принял участие Академический Большой хор Российского государственного музыкального телерадиоцентра «Мастера хорового пения» (художественный руководитель – Лев Конторович). С этим коллективом, равно как с оркестром и солистами, у дирижера сложилось полное творческое взаимопонимание: из голосов солистов, хора, а также весьма податливого и пластичного оркестрового аккомпанемента кудесник Дзедда сплетал совершенно удивительное вокально-симфоническое кружево. Певцов никто не глушил, звучание инструментов никого не перекрывало, акварельные хоровые и симфонические звучности словно рождались из эфира и увлекали в него же ансамблево-сольную составляющую… И рисунок этого музыкального кружева был наполнен совершенной гармонией и поистине божественной красотой. Насколько мне известно, времени на репетиции московского исполнения было отведено не так уж и много, но творческий результат оказался невероятно впечатляющим. А это значит, что маэстро, весьма почтенный возраст которого в следующем году достигнет восьмидесятипятилетней отметки, обладает просто редчайшим даром передачи дирижерской энергии исполнителям. Это значит, что оркестр и хор оказались на высоте своего профессионального мастерства, что весь состав солистов не подвел своего мэтра и воспринял его творческую энергию, которой у маэстро, несмотря на возраст, хоть отбавляй!

В прошлое сотрудничество с Российским национальным оркестром (вне рамок Большого фестиваля РНО) на сцене Большого зала Московской консерватории под руководством Альберто Дзедды состоялось концертное исполнение россиниевской «Итальянки в Алжире». Тогда я был просто поражен непривычно малой численностью состава оркестра, впрочем, и мужской хор – единственный, имеющийся в этой опере – был невелик и насчитывал порядка десятка участников. Но какое при этом создавалось ощущение полновесности и одновременно прозрачности оркестровой фактуры! Как известно, акустика Концертного зала имени Чайковского более глухая и менее резонансная, и поэтому при прочих равных условиях для его наполнения требуются иные количественные характеристики в составе оркестровых групп. И всё же, когда я увидел на сцене просто огромный оркестр и весьма представительный смешанный хор, мне поначалу как-то тревожно стало за такую «маленькую мессу». Однако сомнения рассеялись с первыми же тактами, и даже в кульминационных местах партитуры ее звучание не теряло своей рафинированности и не зашкаливало децибелами. Ведь в том и заключается мастерство дирижера, что он как раз и должен суметь найти язык с любым оркестром в любых акустических условиях, а язык этот непременно должен рождать интерпретацию. Дзедда подарил нам свою впечатляющую трактовку, представив ее во всеоружии текстологической компетентности по отношению партитурам Россини вообще и данной партитуре композитора в частности. Следует заметить, кстати, что оркестровая версия этого опуса на концерте в Москве прозвучала в собственной редакции дирижера.

Фотография с сайта buro247.ru

0
добавить коментарий
МАТЕРИАЛЫ ВЫПУСКА
РЕКОМЕНДУЕМОЕ