«Вильгельм Телль»: тот самый и другой…

На XXV фестивале «Россини в Вильдбаде»

Игорь Корябин
Специальный корреспондент

В 1856 году Россини и его жена Олимпия Пелисье приехали в Бад-Вильдбад на водолечение. На этом курорте, дыша прекрасным воздухом Шварцвальда и созерцая красоты местной природы, «пезарский лебедь» провел три недели, успев принять двадцать оздоровительных ванн… В биографии композитора это всего лишь заурядный бытовой штрих, но именно он стал отправной точкой для проведения здесь фестиваля музыки Россини, который в этом году отметил свой четвертьвековой юбилей. Фестиваль «Россини в Вильдбаде» («Rossini in Wildbad») на девять лет младше своего старшего брата – Россиниевского оперного фестиваля в Пезаро. Конкурирующими субъектами эти два института вряд ли назовешь: все годы совместного существования оба фестиваля исключительно – причем, с большим вкусом и репертуарной изысканностью – дополняли друг друга. О конкуренции речи не идет, ведь художественный руководитель фестиваля в Пезаро Альберто Дзедда неоднократно дирижировал и в Бад-Вильдбаде. К тому же надо помнить, что он еще является и почетным президентом Немецкого россиниевского общества.

Широко известно изречение немецкого музыкального критика Юргена Кестинга о том, что «Пезаро – это россиниевский Байройт в Италии, а Вильдбад – немецкое место паломничества». И это действительно так, несмотря на то, что фестивальные масштабы Вильдбада значительно меньше не только Байройта, но и Пезаро. Природным ландшафтом своего местоположения «фестивальный квартал» Вильдбада, в котором сосредоточены основные театрально-концертные площадки, скорее напоминает Зальцбург в миниатюре, но нарочитая чопорность последнего Вильдбаду абсолютна чужда. В живописной долине реки Энц, в царстве гор и лесов, всё кажется каким-то игрушечным, невсамделишным, по-домашнему уютным и очаровательным. Очарование начинается с того, что от Пфорцхайма, ближайшего города с железнодорожным сообщением, вы попадаете в Вильдбад на трамвайчике из двух сдвоенных вагонов, маршрут которых, проходя среди причудливых гор и долин, заканчивается прямо у «фестивального квартала». Туристическая и ресторанная инфраструктура развиты в Вильдбаде превосходно, но при этом груз респектабельности на вас совершенно не давит: дышится здесь легко и свободно.

Главная (и самая большая) фестивальная площадка – Тринкхалле. Это летний крытый павильон, существенно вытянутый в длину по сравнению с весьма небольшой шириной сцены, у которой нет кулис, занавеса и, в привычном понимании, оркестровой ямы: оркестр рассаживается прямо перед первым рядом зрительских мест, а оркестранты и дирижер могут попасть на свои «рабочие места» только с улицы. При сравнении габаритов сцены Тринкхалле даже с весьма скромными размерами Teatro Rossini в Пезаро первые оказываются еще меньше. Явно по-спартански оборудована и крохотная артистическая часть. По всему видно, что одной большой и дружной семьей на этом фестивале живут не только артисты и музыканты, но и публика вместе с ними: если во время спектакля наблюдается полное единение зала и сцены, то в антрактах происходит их абсолютное смешение и «взаимопроникновение». Публика едет сюда за свежими впечатлениями, голосами и оперными диковинками, а артисты и музыканты – определенно за творчеством, ибо за большими гонорарами обычно ездят в другие места. Но Бад-Вильдбад приманивает артистов и музыкантов как магнитом именно потому, что всё, что здесь исполняется, непременно записывается и на мировом рынке аудиомузыкальной продукции появляется достаточно оперативно.

В последние годы коллективными резидентами фестиваля являются камерный оркестр из Брно «Virtuosi Brunensis» (художественный руководитель – Карел Митош) и хор из Познани «Camerata Bach Choir» (художественный руководитель – Анья Михалак). Характеристика «камерный» по отношению к оркестру смущать нас не должна: расширенный и усиленный необходимым составом музыкантов, этот оркестр, с точки зрения акустики и комфорта слушательского восприятия, в специфических условиях Тринкхале с задачами интерпретации масштабных симфонических партитур справляется вполне адекватно. То же самое можно сказать и в отношении хора. С 2011 года пост музыкального руководителя фестиваля занимает достаточно известный и многоопытный итальянский дирижер Антонино Фольяни: по ряду филармонических программ последних лет он хорошо знаком и московской публике. С 1992 года художественное руководство фестивалем осуществляет Йохен Шонлебер, на сегодняшний день являющийся также и его интендантом.

В этом году фестиваль, который обращается не только к музыке Россини, но и частенько к раритетам бельканто иных композиторов, прошел с 11 по 21 июля. Все музыкальные события, на которых удалось побывать вашему покорному слуге, состоялись в заключительные три дня на сцене Тринкхалле. В первый день давали постановку одноактной оперы Адама «Хижина» («Le Chalet», 1834), во второй – концертное исполнение оперы-сериа Россини «Риччардо и Зораида» («Ricciardo e Zoraide», 1818), третий день был отмечен сразу двумя мероприятиями: утренним концертом под названием «Другой Телль» («Der andere Tell») и постановкой оперы Россини «Вильгельм Телль» («Guillaume Tell», 1829), режим показа которой был настолько необычен, что заслуживает отдельного разговора. И разговор, который мы поведем далее, оставив рассказ об исполнении других опер для следующего выпуска нашего журнала, целиком посвятим последнему дню фестиваля и теме «Вильгельма Телля».

Хотя и было сказано, что конкуренции между Вильдбадом и Пезаро нет, нынешнее первое обращение фестиваля к «Вильгельму Теллю» в год его 25-летия выглядит недвусмысленным соревновательным вызовом, ибо среди прочего и в Пезаро в августе этого года совсем скоро также ожидается «Вильгельм Телль». Несомненно, интригу интереса к постановке в Вильдбаде это лишь только усиливало. К тому же, четырехкратный показ этой оперы именно в условиях такого компактного «малоформатного» форума выглядит чуть ли не культурно-художественным подвигом. По-видимому, в Вильдбаде решили, что если играть – так играть по-крупному: раз в Пезаро четыре спектакля, то и здесь должно быть столько же!

Итак, мой «Вильгельм Телль» начался очень рано, в три часа, и запланированные антракты между первым и вторым, а также третьим и четвертым актами вполне укладывались в привычный хронометраж, однако между вторым и третьим актами был предусмотрен большой двухчасовой перерыв. Лично мне эта затея очень понравилась. Конечно, Шварцвальд в долине реки Энц – это не швейцарские Альпы, где разворачивается сюжет «Вильгельма Телля», относящийся к первому десятилетию XIV века, но заповедные горы и леса есть и здесь, а небольшая, но бурная река с шумом несет свои воды: кажется даже, что по ней вот-вот приплывет ладья с народным героем, воспетым в опере. Подумалось так неслучайно: во время большого антракта публику, неспешно растекающуюся по многочисленным ресторанчикам, заботливо сопровождали живые звуки настоящего альпийского рога (целого ансамбля этих экзотических инструментов), и доносились они с верхней площадки одного из склонов вблизи Тринкхалле. При этом сочетание изысканно романтических музыкальных впечатлений и всецело манящего мира природы создавало идиллию бесконечного и беззаботного счастья, так что два часа антракта пролетели, как один миг.

Но, увы, бесконечного счастья быть не может – и в начале одиннадцатого, когда затих последний аккорд оперы, счастье закончилось. Но главное, что оно было огромным и полновесным, ибо на этот раз опера «Вильгельм Телль», большая по стилю и романтико-героическая по сюжету и музыке, была представлена в оригинальной французской редакции без каких-либо купюр (причем, была восстановлена даже ария Джемми в третьем акте, как известно, исключенная композитором еще до премьеры). За основу была взята известная критическая редакция М. Элизабет С. Барлет, осуществленная Фондом Россини в Пезаро совместно с издательством «Рикорди» (к слову, в Пезаро за всю историю его фестиваля «Вильгельма Телля» ставили лишь единожды в 1995 году, причем – в той же самой редакции).

В Вильдбаде на сей раз пошли даже несколько дальше, ибо концертная программа «Другой Телль» познакомила публику и с альтернативными версиями некоторых номеров оперы: в первую очередь, это касалось балетно-танцевальной музыки, но, пожалуй, главной изюминкой стал финал третьего акта, прозвучавший в парижской редакции 1831 года. Раритетные фрагменты из «Вильгельма Телля», а затем и всю оперу в целом, изысканно утонченно и на редкость чутко и вдохновенно представил маэстро Антонино Фольяни, музыкальный руководитель постановки. Кроме названных номеров в программу концерта вошли Симфония для большого оркестра Меркаданте «Приношение Россини» (1864) и опус самого Россини – «Гимн Наполеону III и его доблестному народу (1867). Первое из этих интереснейших сочинений прозвучало под управлением маэстро из Испании Хосе Мигеля Переса-Сьерры, второе – под управлением итальянского дирижера Федерико Лонго.

Режиссером-постановщиком «Вильгельма Телля» выступил интендант фестиваля Йохен Шонлебер. В его команде – сценограф Роберт Шраг, художник по костюмам Клаудиа Мёбиус, художник по свету Кай Лучак и хореограф Маттео Грациано. Вдумаемся в слова режиссера: «Стремление к противостоянию иностранному владычеству актуально всегда – не только для Швейцарии во времена гнета Габсбургов. Так мыслили и современники Россини, примеряя события оперы то к Южному Тиролю, то к Шотландии, то еще к какой-нибудь точке на карте. «Вильгельм Телль» поистине интернационален, и в этой опере наблюдается специфическое смешение общечеловеческой драмы, воодушевляющей музыки, местных этнических красок и захватывающего драматургического развития. Вы услышите и почувствуете это».

Эти слова и впрямь не расходятся с делом. Несмотря на минимализм театральной «меблировки» и наивную иллюстративность сценографии, а также весь гардероб спектакля, кажущийся востребованным из театральной подборки, оставшейся от самых смелых радикальных постановок XX века, общий визуальный ряд обсуждаемого «Вильгельма Телля» проникнут несомненно мощным психологическим драйвом и чрезвычайно силен по своему эмоциональному воздействию. Мизансцены, пластика и хореографическая составляющая спектакля, вместе взятые, хотя и выглядят достаточно брутальными, вполне реалистичны, правдивы и, самое главное, не выходят за границы здравого смысла, рассказывая именно тот сюжет и донося до слушателя именно ту музыкальную историю, которая изначально была заложена в партитуре. В обстановке импровизированного театра-павильона, в условиях «спектакля на водах», происходящее на сцене – вневременнóе по своей сути и местами всё же несколько эпатажное – оказывает на зрителя явно отрезвляющее, я бы сказал, терапевтическое воздействие.

При этом, как ни странно, никакого желания обвинить режиссера в произволе вовсе не возникает, ибо все ходы спектакля продуманы им чрезвычайно основательно и вполне тактично – без пошлости и натурализма. Если ассоциировать всю постановку со стилем одежды и веяниями моды XX века, то этот спектакль, я бы сказал, явно скроен в стиле «унисекс». Одним словом, если в мировой музыкальной литературе «Вильгельм Телль» Россини – это «опера опер», то постановка Йохена Шонлебера предстает некой «униоперой»: не апеллируя к надуманной концептуальной заумности, свойственной наиболее отчаянным образцам режиссерской оперы, она дает полный и необъятный простор музыке – солистам, удивительным по красоте ансамблям, потрясающе красочным хорам и оркестру.

В этом спектакле – совершенно фантастический Вильгельм Телль в исполнении бас-баритона из Великобритании Эндрю Фостера-Уильямса. После незабываемой апрельской встречи с ним в партии Голо в Москве на концертном исполнении «Пеллеаса и Мелизанды» Дебюсси его новая роль на этот раз продемонстрировала чрезвычайно тонкое психологическое погружение уже в музыкальную стихию большой французской оперы XIX века, пусть и созданной величайшим итальянским гением. Стилистически, а также с точки зрения технического и артистического обеспечения этого благодатнейшего образа мирового оперного репертуара, певец был просто безупречен. Самых теплых слов в партии Арнольда заслуживает и американский тенор Майкл Спирес. Безусловно, его голос – из категории россиниевских, но его тембральную окраску я бы назвал «харáктерно-героической», и если в прошлом сезоне в Пезаро исполненная им партия Валтасара в «Кире в Вавилоне» Россини произвела подлинную сенсацию, то на этот раз создалось лишь устойчивое ощущение уверенного профессионализма, и дело здесь не только в особо коварной высокой тесситуре партии Арнольда, но также и в несколько недостаточной подвижности и легкости звуковедения певца. Что же касается высоких нот, особенно в знаменитой арии в начале четвертого акта, то он их очень тонко и аккуратно едва накалывал, исполняя почти что фальцетом. Сие было вполне достойно, но подлинного меломанского удовольствия ощутить при этом всё же не удалось.

Отдаю должное и несомненному профессионализму сопрано из Шотландии Джудит Ховарт в партии Матильды, очень крепкой и сильной вокалистке с холодно-стальным, практически безобертональным и несколько пронзительным тембром звучания. У нее всё было, как говорится, на уровне, но в этой партии искушенному слуху хочется улавливать больше нюансов, эмоционального тепла, вокального шарма и женственности. Положительно, но без особого восторга, следует отметить и американскую колоратуру Тару Стаффорд в травестийной партии Джемми: на сей раз благодаря раскрытым купюрам эта роль оказалась действительно большой и значимой. Назовем и исполнителей остальных партий: Хедвига – итальянское меццо-сопрано Алессандра Вольпе; Мельхталь / Вальтер Фюрст – аргентинский бас Нагель Ди Пьерро; Руоди (Рыбак) – французский тенор армянского происхождения Артавазд Саргсян; Геслер – итальянский баритон Раффаэле Фаччола; Рудольф – итальянкий тенор Джулио Пеллигра; Лейтольд / Охотник – итальянский баритон Марко Филиппо Романо. Но приведя этот список, сразу же необходимо заявить, что все эти исполнители оказались на своем законном месте и с поставленными перед ними вокальными и драматическими задачами справились замечательно. Остается лишь сказать, что это был мой первый «Вильгельм Телль», услышанный и увиденный в театре. И первая живая встреча с этой великой музыкой, несомненно, останется в памяти на всю жизнь.

Автор фото — Patrick Pfeiffer

0
добавить коментарий
ССЫЛКИ ПО ТЕМЕ

Россини в Вильдбаде

Театры и фестивали

Джоаккино Россини

Персоналии

Вильгельм Телль

Произведения

МАТЕРИАЛЫ ВЫПУСКА
РЕКОМЕНДУЕМОЕ