«Дорогу осилит идущий…»

«Адриенна Лекуврер» в Большом театре

Евгений Цодоков
Главный редактор

Вторая попытка удалась! После сомнительных достижений в «Силе судьбы» «Большим» одержана победа, если и не безоговорочная, то вполне достаточная, чтобы занести ее в актив.

«Адриенна Лекуврер» - опера изысканная, проникновенная и… не «хитовая». Последнее вполне объяснимо, ибо сочинение несет в себе противоречивые черты - и «веризм» немного запоздалый, и музыка слегка вторична (с отголосками Пуччини, Массне)… однако ж, прелестна, по-другому не скажешь! Произведением искусства можно восхищаться, как гениальным; можно высоко ценить, осознавая его важное место в истории жанра; а можно просто любить, отбросив все высоколобые искусствоведческие «заморочки».

Именно такова эта опера. Такое свойство, правда, подразумевает одно «отягчающее» обстоятельство - исполнять ее нужно качественно и стильно, ибо здесь не тот случай, когда музыка сама «вывезет».

А сколько трудностей было в подборе главных исполнителей у театра, сколько сомнений среди критиков и знатоков - нужна ли нам эта итальянская экзотика! И вот результат (после просмотра спектакля 18 февраля) - «отечественная» героиня (Маквала Касрашвили), несмотря на все понятные возрастные «сомнения», справляется со стилем, лирический тенор (Всеволод Гривнов) уверенно поет партию «спинто» и тоже с отменным вкусом, достаточно убедительно выражены страдания бедного Мишонне (Юрий Веденеев). И надо всеми уверенно и страстно «парит» ведомый Александром Ведерниковым оркестр - пожалуй, самое сильное премьерное впечатление.

Одно из главных наблюдений - отчетливо видна кропотливая и осмысленная музыкальная работа над произведением, видна увлеченность даже второстепенных исполнителей. Такие усилия привели к тому, что даже заметное волнение главной героини в выходной арии (Io son l’umile ancella) и некоторая невнятность в исполнении финальной (Poveri fiori) не смогли принципиально испортить общее впечатление от спектакля.

Конечно, жаль, что мне не удалось послушать Нелли Миричою, которая многие годы восхищала публику на ведущих европейских сценах в партиях Лючии, Антонии, Мими и других, а также итальянца Массимилиано Гальярдо (Мишонне), выступавших в 1-й и 3-й день. Но зато полностью отечественный состав дал возможность понять, что можем «мы». Кроме того, музыкальная основа спектакля, выразившаяся в яркой работе Александра Ведерникова, дает постановке такую твердую «почву», которая уменьшает чрезмерную ее зависимость от того или иного певца.

Вернемся снова к солистам. Наибольшее впечатление произвел Гривнов. Еще в «Новой опере» я обратил на него внимание. Осмысленность и культура пения артиста, позволявшая стильно исполнять мало известные в России сочинения, уже тогда впечатляла. Его Хагенбахом («Валли») я был покорен. А исполнение им пару лет назад в концерте с Г.Лебедевой дуэта из «Манон» (Toi! Vois!) просто ошеломило. «Исход» певца из колобовского театра (увы, это стало типичным для этого коллектива), выступления в «Большом» и успешное развитие международной карьеры были закономерны. И вот теперь - Маурицио! Признаюсь, после спектакля я не удержался от возгласа «браво», когда Гривнов вышел на поклоны. У некоторых знатоков в кулуарах проскальзывал скепсис: «Как это за такую партию берется лирический тенор, ему приходится чрезмерно форсировать звук?» Хочется напомнить, однако, что с этой ролью прекрасно справлялись не только Дель Монако или Корелли, но и Джильи! Более того, лирические интонации придают партии окраску, подчас более отвечающую утонченному и в чем-то «декадентскому» характеру музыки, нежели «прямой» драматизм.

Маквала Касрашвили своим выступлением доказала, какие резервы таит в себе мастерство и класс артиста, а также блестящая работа над внешним обликом персонажа (в том числе и в буквальном смысле слова). Больше здесь добавить нечего.

Весьма интересовало, как получится у Юрия Веденеева важная партия Мишонне. Такого рода роли верных друзей, «замыкающих» любовный треугольник (вспомним Жерара из «Андре Шенье»), своего рода чичисбеев главных героинь, за которыми тянется шлейф оперной условности, всегда трудны для воплощения именно в драматическом плане. Веденеев смог не превратить роль в шарж. В первом же ответственном сольном эпизоде Ecco il monologo ему удалось взять верный тон.

У исполнительницы партии Принцессы Буйонской Татьяны Ерастовой ощущались отголоски отечественного «большого» стиля, что, конечно, «не есть хорошо». Владимиру Кудряшову в роли Аббата не удалось передать гротескный характер своего героя, сделать персонаж ярким и запоминающимся.

Опера содержит ряд ансамблей с участием как главных, так и второстепенных персонажей. Такого рода эпизоды всегда должны быть тщательно проработаны. Нельзя сказать, чтобы здесь все получилось. Наряду с яркими моментами (Vi cogliam, Conte, sul fatto из 2-го акта с участием Принца Буйонского, Аббата и Маурицио) были и досадные неудачи (квартет актеров Комеди Франсез в 4-м акте). Самой же неожиданной неудачей постановки (слава богу, что малозначимой) стала балетная сцена на балу у Принца Буйонского в 3-м акте. Неуклюжесть исполнителей и сомнительность их нарядов резали глаз.

О режиссерско-сценографическом аспекте постановки, учитывая прокатный характер спектакля, и то, что многим он знаком по гастролям Ла Скала в 1989 году, можно лишь повторить то, что многими отмечалось - постановка итальянцев (Ламберто Пуджелли - режиссер, Паоло Бреньи - сценограф, Луиза Спинателли - художник по костюмам) удачна, отвечает стилю и обладает той мерой классической красивости, театральной пышности и куртуазности, которая идет на пользу оперному жанру. Впрочем, оценить по достоинству эти качества спектакля может лишь тот зритель, который понимает, что представляет собою оперный жанр, и не предъявляет к нему абсурдных требований в ложно понимаемой актуальности и естественности.

Пожалуй, самым важным итогом премьеры является осознание того, что «дорогу осилит идущий». И главный музыкальный «идущий» - А. Ведерников - у театра нынче появился. С чем мы и поздравляем его и коллектив.

0
добавить коментарий
МАТЕРИАЛЫ ВЫПУСКА
РЕКОМЕНДУЕМОЕ