Джулия Гризи — 200 лет со дня рождения

Евгений Цодоков
Главный редактор

Среди многих великих европейских оперных певцов прошлого, которых мы никогда не услышим, есть такие, которые произвели особое, неизгладимое впечатление на русскую публику. Тогдашнее поколение (в данном случае публика 19 века) имело счастье неоднократно слушать их на русских сценах, ибо в те времена гастроли иностранных трупп, преимущественно итальянских (особенно с 1843 года), были обычным явлением для жизни не только обеих столиц, но и русской провинции (если можно считать таковой, например, Одессу). Особенную ценность для нас приобретают воспоминания об этих незабываемых гастролях, а также о мастерстве артистов, оставленные потомкам известными и даже великими представителями русской интеллигенции (музыканты, литераторы, художники, критики). При чтении этих воспоминаний очень важно суметь максимально объективно в них разобраться, не подпасть под одностороннее влияние как восторженных почитателей, так и въедливых критиков. Ибо совершенного единодушия мы не увидим никогда – такова уж субъективная природа восприятия вокала.

Вот несколько цитат (некоторые из них довольно известны) об искусстве замечательной итальянской примадонны Джулии Гризи, 200-летний юбилей которой отмечается в эти дни.

Любопытны суждения Карамзина и Гоголя о ней. Карамзин слушал певицу еще в Париже в 1836 году: «Давали «Норму», пели Grisi и Rubini. Сначала мои ожидания были обмануты, я так много слышал про Гризи! Но во втором действии она пела и играла, как я никогда не воображал, что так можно петь и играть <…> голос, которого звонкие разливы заставляли дрожать все струны моей души. Божественно!». Гоголь тоже пишет о своих парижских впечатлениях Н.Прокоповичу. Его лаконизм весьма характерен: «…Только в одну жизнь я иногда вступаю: итальянская опера здесь чудная. Гризи, Тамбурини, Рубини, Лаблаш – это такая четверня, что даже странно, что они собрались вместе…»

А вот очень известная характеристика Ф.Кони: «Джулия Гризи – величайшая драматическая артистка нашего времени; она обладает сильным звучным, знергическим сопрано…с этой силой голоса она соединяет удивительную полноту и мягкость звука <…> редкая верность интонации и истинно художественное изящество украшений, употребляемых ею умеренно, придают ее пению чудесную прелесть» (Ф.Кони). Ему вторит В.Боткин: «…удивительным слиянием страсти с изящным, артистическим изложением мелодий вполне обладает Гризи». Есть, однако, у Боткина замечания и другого характера (в письме 1845 года Н.Огареву из Парижа): «… хочется сказать тебе, как хороша была Гризи в «Норме». Истинно трагическая, страстная певица. Странное дело – или, точнее, дело совсем понятное – когда неодушевлена, голос у нее криклив, незвучен, холоден. Как скоро пришла сцена драматическая, она вдруг встает в трагическом величии, и ее голос потрясает мою душу». В связи с этим также хочется вспомнить слова Глинки, одного из наиболее просвещенных ценителей вокала, который сам был великим оперным композитором и блестящим педагогом: «Норму» я слышал весною 1832 года в Teatro La Scala. Играли Паста, Донцелли и Guilietta Grisi – эта последняя, только начавшая свое поприще, не была еще так тучна, как в Париже, и, следовательно, примечательно хороша, но пела несколько кошечкой, т. е., желая смягчить какую-либо музыкальную фразу, мяукала несколько в нос». Довольно жесткое высказывание, несмотря на то, что речь шла еще о совсем молодой певице, да и не в титульной партии, а в роли Адальжизы. Говоря же о роли Нормы, вспоминаются насыщенные возвышенным романтизмом слова А.Стаховича о манере Гризи: «Сколько было горя и отчаяния при расставании с детьми и молодой жизнью… Я не мог высидеть…». Практически общим для всех, дававших оценку искусству Гризи, была дань ее драматическому таланту (многие сравнивали ее с Рашель), умению сочетать яркую музыкальность с актерством, однако актерством не напыщенным и помпезным, а весьма благородным, со свойственным ему тактом, указывающим «ей всегда на эффекты естественные и не допускающие до утрировки и аффектации» (Ф.Кони).

Теперь, когда мы получили достаточно объемное представление о манере Гризи, уместным будет вспомнить основные вехи ее творческого пути.

Джулия Гризи родилась 22 мая 1811 года в Милане в семье офицера наполеоновской армии Гаэтано Гризи. Семья была очень музыкальной, ее старшая сестра Джудитта (1805-1840) также стала крупной певицей (меццо-сопрано). И тетя Джулии Джузеппина Грассини (1773-1850) была примадонной своего времени. Певицей была и ее кузина Эрнеста (Эрнестина) Гризи (1919-1899), впоследствии ставшая женой выдающегося французского поэта Теофиля Готье, а другая кузина Карлотта стала известнейшей балериной.

Первой наставницей Джулии стала ее старшая сестра Джудитта. С нею занималась и Джузеппина Грассини. В дальнейшем начинающая певица продолжала свою учебу в Милане и Болонье. В Болонье она совершенствовалась у знаменитого тенора Джакомо Гульельми, среди учеников которого был также Энрико Тамберлик.

Первое выступление на оперной сцене (еще в амплуа меццо-сопрано) состоялось в 1828 году в Болонье в опере «Зельмира» Россини (партия Эммы). Через год в 1829 Г. исполняла там же уже сопрановые партии в операх Россини «Торвальдо и Дорлиска» и «Севильский цирюльник», а в Риме пела в опере Ваккаи «Джульетта и Ромео».

В 1831 году Джулия впервые дебютирует в Ла Скала в одной из забытых опер Феличано Стреппони (1797-1832), отца знаменитой Джузеппины Стреппони. Наконец, 26 декабря 1831 года на ведущей миланской сцене она участвует в мировой премьере «Нормы» Беллини в партии Адальжизы (заглавную партию в том спектакле исполняла всемирно известная Джудитта Паста). Слава приходит к певице, чтобы уже никогда не оставить ее! Следующей мировой премьерой в ее карьере стала опера Доницетти «Уго, Граф Парижский» (1832, Ла Скала). В 1832 примадонна дебютирует в Париже в Итальянском театре, где уже блистает старшая сестра. Ее дебютом во французской столице стала партия Семирамиды в одноименной опере Россини, в том же году она вместе с Джудиттой поет в «Капулетти и Монтекки» Беллини* (соответственно роли Джульетты и Ромео). Именно в Париже многие наши соотечественники впервые услышали искусство Гризи, о чем мы уже писали выше. В 1834 Гризи исполняет здесь партию Памиры в «Осаде Коринфа» Россини. А 25 января 1835 года в Париже с триумфальным успехом состоялась историческая премьера «Пуритан» Беллини с великим составом (Рубини, Гризи, Тамбурини, Лаблаш). Партия Эльвиры в дальнейшем также стала одной из лучших в репертуаре Джулии. В 1836 Гризи поет здесь еще и в мировой премьере оперы Меркаданте «Разбойники».

Не забывает Гризи и свою родную Болонью. Так, например, она выступала здесь в заглавной партии в «Норме» в 1836 вместе со своею кузиной Эрнестой (Адальжиза).

1834 годом датируется первое появление Гризи в Лондоне (дебют в партии Нинетты в «Сороке-воровке» Россини), городе, ставшем наиболее «родным» для нее после родины. Она регулярно выступала здесь сначала в Кингс-тиэтре (Королевский театр, в 1837 переименован в Театр Ее величества), а затем и в Ковент-Гардене (регулярно с 1847 по 1861 за исключением перерыва в сезоне 1856/57 из-за пожара в театре). В 1835 Гризи пела в 1-й английской постановке «Пуритан». Отметим выступление Гризи в 1838 в Театре Ее Величества в мировой премьере оперы Балфа «Фальстаф». В 1839 она впервые выступает в Лондоне со своим будущим вторым мужем, выдающимся тенором Джованни Марио** (1810-1883) в опере «Лукреция Борджиа» Доницетти (английская премьера). В этом спектакле участвовал также Тамбурини. Тем же составом опера исполнялась в 1840 в Париже. В 1841 Гризи участвует в лондонской постановке доницеттиевской оперы «Роберто Деверо». В эти годы примадонна становится любимицей королевы Виктории.

Среди значительных вех в карьере певицы участие в Париже в 1-м исполнении «Стабат матер» Россини (7 января 1842 года, партия сопрано) и, безусловно, триумфальный успех в парижской мировой премьере «Дона Паскуале» Доницетти (33 января 1843 года, партия Норины) с участием Марио, Тамбурини и Лаблаша.

С 1847 лондонский Ковент-Гарден становится исключительно оперным театром, в котором начала свои выступления Королевская итальянская опера. Первой постановкой для театра в его новом качестве была выбрана «Семирамида», в которой заглавную роль триумфально исполнила Г. С этих пор она ежегодно пела в Ковент-Гардене до окончания своей карьеры в 1861 (за исключением перерыва в 1856-57 из-за пожара). В первом же сезоне Гризи блистала в «Дон Жуане» (Донна Анна), «Деве озера» Россини (Елена), вердиевской опере «Двое Фоскари» (Лукреция), «Свадьбе Фигаро» (Сюзанна), «Сороке-воровке» (Нинетта), «Анне Болейн» (заглавная партия), «Лукреции Борджиа» (заглавная партия), «Норме» (заглавная партия). Среди других партий, исполненных здесь, Эльвира в «Пуританах», Леонора в «Фаворитке», Валентина в «Гугенотах» Мейербера, Дездемона в «Отелло» Россини, Алиса в «Роберте-дьяволе» Мейербера, Фидес в «Пророке» Мейербера, Леонора в «Трубадуре» и др. Как видно из этого списка диапазон певицы позволял ей с легкостью справляться с партиями как сопрано, так и меццо (например, Леонора в «Фаворитке», Фидес).

В сезоне 1949/50 гг. Гризи и Марио впервые приезжают в Петербурге. Их дебют состоялся в «Гугенотах» Мейербера» (на русской сцене опера шла под названием «Гвельфы и Гибеллины») и вызвал небывалый энтузиазм. В те годы многие критики считали Гризи наиболее яркой примадонной после П.Виардо, среди певиц выступавших на российских сценах. Впрочем, впереди были еще гастроли незабываемой А.Бозио и многих других. Но Бозио пела уже в вердиевские времена, а в белькантовом репертуаре, особенно в «Норме», «Пуританах», «Лукреции Борджиа», а также в операх Россини (Семирамида, Нинетта, Розина) и Мейербера (и, прежде всего, в «Гугенотах») Гризи действительно была несравненно хороша. Особое место в ее творчестве занимает партия Донны Анны. А.Гозенпуд, ссылаясь на мнение современников, пишет: «Анна пытается вдохнуть свою волю в Оттавио, заставить его действовать <…> в исполнении артистки была грозная сила, энергия, одержимость, демонизм, более страшные для Дон-Жуана, чем явление Командора». В отношении «Нормы» хочется подчеркнуть, что, начав с партии Адальжизы, в дальнейшем Г. со все возрастающим успехом пела уже заглавную партию, ставшую одной из самых ярких в ее блистательной карьере. Среди наиболее удачных ролей отдельных слов заслуживает Семирамида. И опять-таки, на первом месте среди восторгов того же Стаховича именно драматический образ: «…вдруг стремительно выходит полная черноволосая женщина, в белой тунике, с прекрасными, обнаженными до плеч руками; низко поклонилась она жрецу и, повернувшись чудным античным профилем, стала перед пораженной ее царственной красотой публикой».

Несколько слов о дальнейшей судьбе примадонны. В 1854-55 она предпринимает турне по Северной Америке, выступает в Нью-Йорке в «Лукреции Борджиа», «Норме». Ее голос уже не столь ярок. После завершения карьеры в 1861 году артистка делает еще одну попытку вернуться на сцену, выступив в 1866 в Театре Ее Величества в «Лукреции Борджиа». Однако выступление завершилось неудачей. В 1869 году во время поездки в Берлин она заболевает воспалением легких и 29 ноября скоропостижно умирает.

Примечания:

* Во многих изданиях ошибочно указывается, что в 1830 году в Венеции Джулия Гризи вместе со своей старшей сестрой участвовала в мировой премьере оперы Беллини «Капулетти и Монтекки» (соответственно в ролях Джульетты и Ромео). Однако на самом деле партию Джульетты в этой премьере исполняла Мария Карадори-Аллан (1800-1865).

** Официальный брак с Марио стал возможен лишь в 1847 году после длительной процедуры развода Гризи с первым мужем.

Иллюстрация:
Джулия Гризи

0
добавить коментарий
ССЫЛКИ ПО ТЕМЕ

Джулия Гризи

Персоналии

МАТЕРИАЛЫ ВЫПУСКА
РЕКОМЕНДУЕМОЕ